Белорусский квест: круг почета вдоль заборов

«Сейчас тяжелые времена, нужно сжаться и пережить!» – говаривал бывший редактор «МК», когда к нему приходили с робкой просьбой об увеличении зарплаты. Так и живем. Сожмемся и ожидаем лучшего: окончания смога, длинных ночей, морозов, неземной любви и всеобщего рая на Земле.

Или – окончания затянувшегося строительства, чтоб на другую сторону улицы можно было перейти, не чувствуя себя героем компьютерного квеста. Пока же тем, чьи будни связаны с Белорусской, без ловкости и смекалки не обойтись. Мы тоже решили поиграть в эту игру и поехали на площадь Тверской Заставы.

Вот и первые испытания. Выходим на платформу станции метро «Белорусская». Первое, что видим: железный занавес. Практически утыкаемся носом. Ну а если проще – забор. Металлическая эта конструкция занимает аккурат середину зала и намекает: мол, приехали! Выхода нет. Но это неправда, закрыт всего лишь переход на Белорусскую-кольцевую, да и то, как уверяет табличка, с 29.05.2010 до 31.12.2010. Надо же! А кажется, закрыто уже целую вечность. Ведь теперь для того, чтобы попасть, скажем, от метро «Аэропорт» на «Киевскую», вместо четырех станций приходится проезжать девять. Ну ничего, потерпим. А сейчас, если нельзя перейти, хотя бы выйдем. Где тут выход-то? А вот она, стрелочка на том же «железном занавесе», увидишь, если всмотреться. Это вообще характерно для сегодняшней прогулки: если хочешь перейти в любую другую точку, которая, на первый взгляд, кажется недосягаемой, как Северный полюс, надо ни на секунду не терять бдительности. Пропустил узкую щель между заборами, не заметил спрятанный в строительных лесах подземный переход, все – топай по кругу. Такая игра.

Итак, вышли с радиальной. В испокон веку спрятанный за углом здания, между запертыми вокзальными воротами и нависающим над головой Тверским путепроводом выход. На оставшемся видном глазу пространстве машины лавируют меж заборов, внутри которых живописно громоздятся бетонные трубы и стоят заснеженные трактора. Далеким фоном кое-где проглядывает Белорусский вокзал, старые домики между 1-й и 2-й Брестскими улицами. Когда-то это было площадью Тверской Заставы. Потом ее решили сделать еще краше. И, разумеется, удобней. Летом 2005 года «Российская газета» писала: «Масштабная смена декораций начнется осенью на площади у Белорусского вокзала… По словам главного архитектора проекта Сергея Горячева, за два года Тверскую Заставу планируют изменить до неузнаваемости. Загазованную и забитую под завязку машинами привокзальную площадь хотят превратить в зеленую зону с фонтаном. По замыслу архитекторов, площадь Тверской Заставы должна стать местом отдыха москвичей».

Прошло ровно полгода. «Утвержден проект реконструкции площади Белорусского вокзала в Москве, – радостно сообщает RBC 13.02.06. – Под площадью Белорусского вокзала будут созданы торговая, паркинговая и пешеходная зоны. Планируется также размещение развлекательных центров и автопарковки на 4 тыс. 700 машино-мест. На 1-й Брестской улице будет построен офисно-торговый комплекс, а на 2-й Брестской – гостинично-деловой комплекс. Общая площадь построек составит 160 тыс. кв. м».

Прошло два года. «Уже в начале осени этого года площадь Белорусского вокзала, Тверская и прилегающие улицы подвергнутся масштабной реконструкции, – выкладывает новость автосайт 08.06.07. – С площади планируется убрать все торговые павильоны и стихийные парковки и приступить непосредственно к реконструкции дорожного полотна».

Сверим часы. На ваших 2010 год? На моих тоже. Действительно, площадь изменилась до неузнаваемости и памятника Горькому на ней больше нет. Больше здесь, кроме заборов, смотреть не на что, так что сразу пойдем знакомым путем на противоположную, восточную сторону площади – где Бутырский Вал и Лесная улица. Этот путь, под путепроводом или проще – под мостом, пока еще на месте.

О, чувствуется влияние времени! В пространстве под мостом уже почти нет палаток, в которых горели лампочки и светились желтым то лимоны-апельсины, то янтари в копеечных серьгах. Путь теперь сер и темен. Скорее на волю! Вот и небо виднеется. Но видно его не много. Слева крутые узкие ступеньки – дорога на Ленинградский проспект – в обрамлении все того же сетчатого забора. И прямо тоже забор. Картину разнообразит красненький снятый с рельсов трамвай, в котором предлагают прохожим всяческие блины и блинчики. На оставшемся крохотном пятачке задумчиво прохаживается милиционер.

Выбора нет, идем вдоль заворачивающего забора. Наконец впереди открывается какая-то перспектива. А именно картина, известная каждому москвичу и вызывающая самые противоположные эмоции: белоснежная старообрядческая церковь Николая Чудотворца на фоне многоэтажного стекла и бетона. Не без препятствий переходим Бутырский Вал. Заворачиваем за белый фасад со святым ликом и оказываемся в крохотном Заставном переулке, когда-то носившем имя Царский (причем, вопреки очевидному мнению, не в честь царя-батюшки, а всего лишь одного из домовладельцев – Н. Царского). Старые дома здесь посносили еще в 2006 году, и теперь он простирается более ввысь, чем в длину.

– А пожалуй, в этом безумном нагромождении есть своя прелесть, – говорю, озирая местность.

– Думаешь? – сомневается Алексей.

Сочетание крохотной церкви с суперсовременными гигантами – зрелище уже привычное, вот хоть Новый Арбат возьмите. Но со-всем другие ощущения, когда оказываешься внутри этого контраста. Кажется, что попал в фантастический роман, где в неправдоподобных декорациях идет своя, будничная жизнь. «В густых металлургических лесах, где шел процесс созданья хлорофилла…» (А. Еременко). Светятся теплом окна кафе. Посередине заснеженного тротуара елка. Возле – грузовик с лебединой стрелой подъемного крана в кузове. На вершине ее, как Дюймовочка из цветка, мужчина. Склонился над елкой, вешает шарики. А за торцом церкви притаился вход в метро «Белорусская-кольцевая», открытый в 1998 году, – непосвященному не найти сроду. Если бы сейчас был летний вечер, я бы преподнесла вам прекрасный сюрприз, впрочем, вы бы и сами заметили: прямо напротив входа в метро, в сердце каменных джунглей – фонтан. Он красиво подсвечен и, когда на улице + 30, рядом с ним приятно посидеть. О фонтане на Белорусской мало кто знает, так же как о его собрате на Комсомольской площади. Но само существование их внушает оптимизм. Так что ищите свой фонтан! Он должен быть, как ни трудно в это поверить.

Переулок кончился. Впереди перерытая Лесная – собрались! На заборе табличка: «Вынос и прокладка инженерных коммуникаций для строительства транспортной развязки многоярусного гаража-стоянки торгового комплекса…

Такие перспективы.

Жмемся возле заборчика с молодым человеком и пожилой женщиной – ждем светофора.

– А вы здесь живете? – интересуюсь. – Каждый день эти препятствия преодолеваете?

– Ага, – охотно вступает в беседу юноша. – Не жизнь, а кросс! У меня и машина есть, так с ней еще хуже. Припарковал во дворе в тихое место до лучших времен, и то не уверен, что не сгонят или денег за стоянку не сдерут. Чума просто, ни пройти, ни проехать! И сроки все переносят. Ну ничего, – веселеет он, видя зеленый сигнал светофора, – какие наши годы, попользуемся еще райской жизнью! – и несется через дорогу.

– Вы-то попользуетесь, – вздыхает женщина, переступая через горку мерзлой земли, – а мы-то можем и не успеть…

Перейти Лесную все-таки удалось. Движемся к Тверской. Вокруг гиганты, и только на самом углу память о прошлом под № 1 – дом купца Шерупенкова, построенный в 1870-х годах. В нем еще размещалось Миусское городское начальное училище. Но кому сейчас до этого дело? Идем. Справа сетка на дороге, слева дом в лесах. Так и выходим лесами на Тверскую, к отелю «Тверская». Ау, где здесь переход? На главной улице города тротуара от лесов осталось сантиметров сорок. Идем гуськом. Без перспектив! Возвращаемся на угол и взгляд случайно падает меж «стволов». Вот он, подземный переход, ура! Спускаемся. Здесь ларьки еще стоят, но чувствуется, недолго – жизни в них нет. Впрочем, осмысливать этот факт некогда: мы уже на другой стороне.

В отличие от «восточной половины» Белорусской здесь все теплей: дома еще маленькие – не выросли! – и всяческие кафе-лавочки на месте. Суши, караоке-бар… А вот и «тайная» подворотня, где среди турагентств и интим-магазинов прячется маленькая чайная – только для своих. Позвонил в звоночек, узнали – заходи. И никакого, представьте, борделя, никаких наркотиков, только ароматный чай в пиалах да экзотический мармелад всевозможных видов и циновки вокруг низких столов. Такой бонус в нашей компьютерной игре. Но в остальном условия по-прежнему спартанские: вместо тротуара деревянные мостки, и осторожно двигающиеся по ним пешеходы плотно зажаты между витринами в огоньках и сеткой очередного забора.

– Ты куда пошла? – окликает мужчина с сумкой-тележкой свою спутницу и, подавая пример, резво ныряет в узкий прогал между заборами.

Что за тайный ход? Из любопытства следуем за ними – между традиционных труб и одиноких заснеженных тракторов. Идем, идем… пока чувство, что мы в центре города, не покидает нас. О, вот и свет в конце тоннеля! Секрет, оказывается, прост. Петляющая как горный серпантин тропка между заборами – всего лишь кратчайшим путем перейти площадь: от угла Тверской к мосту. Но нам короткие пути не нужны, возвращаемся на деревянный настил, ведущий от 1-й Брестской к 2-й Брестской. И тут же чуем теплый дух: теплые «фермерские» пироги, настоящие, с мясом, сыром, тыквой, творогом. Заворачиваем, конечно. Набираем всего понемножку и выходим обратно, в морозную, полную огней темноту.

Вот и 2-я Брестская. Остается перейти Грузинский Вал и завершить круг. Замечаем, что рядов палаток с дешевыми сигаретами, дорогими цветами и всевозможным барахлом, тянувшихся к Тишинке, больше нет. Вместо них полоса мерзлой земли – и тут обещание «очистить площадь от палаток» выполнено, теперь дело за малым. Вот и Белорусская-кольцевая. Слева, как положено, забор. Чтобы не было сомнений, на нем треугольный знак: человек с лопатой. Да заметили мы уже, заметили, лучше скажите, где здесь не копают.

Ну и все, собственно, движемся от кольцевой к радиальной, вдоль вокзала, под несущуюся из павильона заунывную индийскую музыку, мимо забора, где прямо с пола продаются пищащие заводные щенки и светящиеся букеты – мечта первоклассницы. Поток чемоданов вокруг становится все гуще, шаг торопливее… Вот и вход в радиальную. Круг почета вокруг забора завершен, игра пройдена до конца.

А теперь, когда мы завершили этот достаточно бессмысленный круг, расскажу вам немножко о Белорусской. Главный здесь, конечно, вокзал. Вот он стоит, обнимает крыльями площадь. Но крылья у него были не всегда. Да и названия менялись рекордное число раз – целых девять. В 1870 году, после открытия, поезда отсюда ходили только до Смоленска, соответственно и назывался вокзал Смоленским. Через год дорогу продлили до Бреста и… переименовали в Брестский. Был он и Александровским в честь императора, и Белорусско-Балтийским – в связи с расширением маршрутов, по этой же причине оброс крыльями в 1910–1912 годах. Хорошо, что в 1936 году остановились в переименованиях, а то был бы наш вокзал Варшавским и каким-нибудь Ривьерским – отсюда и в Ниццу ходят поезда. А еще его называли вокзалом Победы, потому что сюда в 1945-м возвращались прямо из Берлина наши фронтовики. Представляете, сколько было радости и слез? А в 1928 году здесь встречали приехавшего из эмиграции в «пробную» поездку Горького. Именно встреча и решила дело: отец социалистического реализма вернулся на родину окончательно. Не зря ж ему тут памятник поставили, правда через четверть века: в 1951-м посередине площади был разбит сквер, где и прижился монумент. Памятник стал первой жертвой нынешней реконструкции: в 2005 году был демонтирован и перевезен в парк искусств «Музеон» – в компанию к Феликсу Эдмундовичу, Владимиру Ильичу и другим более или менее заслуженным деятелям.

Писателю не повезло: два года в ожидании возвращения, которое первоначально планировалось в 2007 году, он пролежал горизонтально под открытым небом, что, плюс к неаккуратному демонтажу, плачевно повлияло на несущие конструкции и деформировало плащ. Наконец, бронзового Горького с великими усилиями привели в вертикальное положение, чтобы приступить к реставрации. Благо торопиться было некуда: возвращение Максима Горького на родину все откладывалось и продолжает откладываться до сих пор. Можно было бы гадать на кофейной гуще, приводить мнения экспертов и должностных лиц, называть раз от разу меняющиеся цифры, но стоит ли? Будем надеяться, в конце концов это случится: и Горький вернется, и заборы уберут, и развязку построят, и применять смекалку и ловкость для простого перехода улицы не придется. Словом, как поется в песне из кинофильма «Белорусский вокзал»: «Когда-нибудь мы вспомним это, и не поверится самим». Не поверится, ну и хорошо.



При копировании или цитировании материалов с сайта moscow-vokzali.ru активная индексируемая ссылка желательна.